В первый период творчества (1898—1918) Лу Синь написал немного. С 1903 года он печатается в запрещенном студенческом журнале, выступая пропагандистом революции и науки, публикует перевод романов Жюля Верна «Путешествие к центру земли», «Из пушки на луну». Во время русско-японской войны и русской революции 1905 года он знакомится с произведениями русских писателей. Огромное впечатление производят на него антивоенные рассказы В. М. Гаршина, «Красный смех» Л. Андреева, которые он переводит, а главное — обращение Л. Толстого «Одумайтесь!». Творческий путь великого китайского писателя тесно связан с периодом перелома в развитии, китайского общества, который В. И. Ленин охарактеризовал как «переход старых китайских бунтов в сознательное демократическое движение» . В художественном и публицистическом творчестве, в историко-литературных работах Лу Синя отразилось развитие китайской, литературы от средневековой схоластики и дидактики через революционный романтизм и критический реализм до реализма социалистического, поэтому его произведения явились основным звеном в истории новейшего периода китайской литературы.
В статьях 1907 года Лу Синь писал о философии, истории и литературе других стран, раскрывая при этом отсталость духовной культуры Китая. Ничего не зная о Греции, Риме, Европе, не обмениваясь мыслями и достижениями с другими народами, «Китай величественно высился в центре и с презрением поглядывал на все кругом, становясь все более высокомерным». Со страстью обличителя и революционера - Лу Синь искал выход для своей родины. Однако его поиски были стеснены уровнем развития стран, в которых он жил и учился,— полуфеодального, полуколониального Китая и Японии, которая лишь недавно вступила на путь капиталистического развития. Лу Синь стал материалистом в естествознании, но, не зная трудов К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. .Ленина, оставался идеалистом во взглядах на общество.
После поражения революции Лу Синь переживает кризис, его туманные социалистические мечты оказываются разбитыми. Но все же время, которое называют годами молчания Лу Синя; проходит далеко не бесплодно. Он обращается к национальному наследию, связывает литературу с жизнью народа, с историей страны, ее материальной .культурой, кропотливо, звено за звеном собирает тот материал, кз которого"позже начнет создавать историю китайской литературы — в своих лекционных курсах, литературно-критических статьях, и историко-литературных трудах («Очерк истории китайской повествовательной прозы», 1923 и др.).
Он становится сотрудником передового журнала «Новая молодежь», активным участником антиимпериалистического и антифеодального «Движения 4 мая» (1919). Но в условиях его страны особенно труден был переход от признания победы пролетарской революции к освоению ее теории и преломлению ее в художественной практике. Этот сложный процесс отражается в произведениях Лу Синя, в публицистике целого десятилетия (1918—1927), составившего второй этап его творческого пути.
Герои из «образованного» общества в других произведениях Лу Синя — лицемеры, трусы, невежды — наследие старого Китая («Мыло», «Праздник лета»), но писатель мастерски развенчивает и глашатая буржуазного «чистого искусства» («Счастливое семейство»). Он обнажает коварство общества, пользующегося слабостью человека, чтобы затянуть его в свои сети, но обличает и безволие своих героев. Примирение с царством лжи и обмана, говорят эти образы, ведет к гибели моральной и физической. Лу Синь воспроизводит пошлую жизнь пошлых героев, мертвецов, которые продолжали хватать живых. В этих произведениях он предстает как мастер критического реализма, но некоторые их особенности говорят уже о чертах, свойственных реализму социалистическому.
Грань между этими методами в литературе Китая труднее установить, чем в литературах тех стран, в которых появлению социалистического реализма предшествовало более или менее длительное развитие реализма критического, где методы эти представлены в произведениях различных авторов. Не обладая своим XIX веком, т. е. тем богатейшим наследием, которое он оставил для русской, западноевропейских и даже японской литератур, китайская литература XX века нередко позволяет наблюдать сосуществование различных черт в творчестве одного писателя.
Лу Синь в основном сатирик. Однако у него вырабатывалась своя концепция положительного героя. Лу Синь воспевал тех, кто, не удовлетворяясь убогой, мрачной действительностью, искал лучшей доли для себя и для других. Положительный герой Лу Синя сначала одинок. Его страстный порыв к свету встречает противодействие косной, невежественной толпы. «Безумец», «он сошел с ума»,— вот общее мнение о тех, кто восстает против традиции. В рассказе «Светильник» (1925) одного, из таких «безумцев» — человека, восставшего против религии,— запирают в кумирне, которую он хотел сжечь. Глаза его за решеткой горят тревогой за судьбу сограждан, темных, погрязших в предрассудках. Как разбудить их, найти путь к их сердцам? Вокруг — словно обледеневшее царство. В стихотворении «Мертвый огонь» — именно такая аллегория. Герой среди ледяной пустыни теплом собственного тела отогревает замерзшее пламя.
Коментарі