Нам кажется, что влияние Некрасова на общественную русскую мысль менее всего может быть названо непрочным и в этом отношении его историческое значение едва-ли не более ценно, чем значение тех двух крупных величин, с которыми его сравнивали, как на могиле в похоронных словах, так и в появившихся после того печатных отзывах.
Когда один из ораторов, говоря над могилой Некрасова прощальные слова, выразился, что он может быть поставлен наравне с такими крупными поэтами, как Пушкин и Лермонтов, окружавшая могилу непроницаемою стеною толпа, наэлектризованная торжественностью минуты, величавостью и внушительностью всей обстановки и чувством свежей, горькой утраты, громко закричала: «нет — выше! выше!». Пишущий это, находясь там же в толпе, не мог не присоединить своего голоса к страстному взрыву тысячи голосов и также закричал: «выше! выше!».
Но несмотря на многочисленность положительных рецензий, появившихся как при жизни поэта, так и после его смерти, почти все они отличаются слишком общим характером и глубоко не раскрывают своеобразия поэмы, ее идейной содержательности и художественных особенностей. Всестороннего научного анализа поэмы «Кому па Руси жить хорошо» не было, хотя огромная социальная ценность некрасовского шедевра была подчеркнута. подавляющим большинством критиков и читателей.
В период народничества, реакции и нового революционного подъема, обусловленного формированием и ростом сознания пролетариата, имя Некрасова подымалось передовой общественностью, революционно настроенной молодежью, как знамя борьбы с реакцией, знамя социальной непримиримости и беззаветной любви к трудовому народу.
Писатель-народник Н. Златовратский, вспоминая годы своей молодости, говорил:
«Мы, юное поколение, ни в одном из прежних поэтов не находили такого бодрящего и вызывающего настроения, как у Некрасова, несмотря на то, что уже в то время он сам называл свою музу «печальной спутницей печальных бедняков, рожденных для труда, страданий и оков...
Непосредственное влияние поэзии Некрасова на народническое «хождение в парод» отмечает в своих воспоминаниях видный деятель народнического движения Н. Морозов: «Чем более я думаю теперь о причинах того, почему революционное движение появилось у нас в конце семидесятых годов именно в форме стремления уйти от шумных городов к простому народу, как к. чаше всяких совершенств, тем более я прихожу к выводу, что форма эта была дана влиянием стихов Некрасова. Этому удивительному поэту-народнику, которого с увлечением читала и заучивала наизусть вся тогдашняя молодежь, и принадлежит, по-моему, наиболее выдающаяся роль во всем движении в народ,, которое захватило меня в то время» .
Н. Морозов ссылается на одно интересное свидетельство своей современницы Е. Дурново (позже — деятельной участницы освободительного движения), подтверждающее на конкретном живом примере его мысль: «Лиза Дурново мне прямо призналась, что любовь к простому народу появилась у нее з институте после заучивания наизусть стихотворений Некрасова. До них,— сказала она,— я считала образованных людей много выше, чем простой народ. А после них убедилась, что образованные люди теряют то, что всего дороже — душевную чистоту. Они же показали мне, что все, что пи сделано, сделано руками простого народа».
Называя Некрасова поэтом-народником, Морозов, безусловно, допускал крупную ошибку, но факт несомненного и большого влияния поэта на народническое движение 70-х гг. он отметил верно. Некрасов ни в коем случае не может быть назван забытым или отжившим свое время поэтом. Стихотворения его, довольно дорогие по цене, раскупаются с прежней, если не большей, быстротой. Но если бы даже на «верхах» нашей, много всяких видов видавшей, интеллигенции, и действительно можно было подметить некоторое охлаждение к музе мести и печали, то жизнь с каждым днем все заметнее выдвигает вперед нового, свежего читателя, могучего как своей численностью, так и всепобеждающей верой в торжество света и правды. Не сегодня—завтра этот новый читатель наполнит всю жизненную сцену и никакого сомнения не может быть в том, что для Некрасова он явится «читателем-другом».
Большой интерес с точки зрения непосредственного воздействия поэзии Некрасова на революционное поколение 70-х годов представляют воспоминания М. Орлова о революционере-народнике Н. Л. Зотове, казненном в 1889 г. Орлов, рассказывая о пребывании Зотова в Тобольской губернии, приводит следующий факт: «Затем стали ходить добрые люди, чтобы провести хорошо время в праздник. Николай Львович угощал публику своим превосходным чтением Некрасова. Особенно нравилось «Кому на Руси жить хорошо». Сейчас помню эффект слов: «Легко ли из питейного дозваться мужиков». Взрослые мужчины повскакали из своих мест в диком восторге, повторяя некрасовский стих. Когда в августе почти все мужицкое население уехало косить сено (а сенокос был километрах в 30 от села, вверх по течению пеки Пельма, и все время мужики проводили там, не возвращаясь в село), вдруг явилась к нам баба к отрапортовала, что она носила мужу провизию, и он пристал нам записку. На клочке махорочной бумаги какими-то бледножедтыми чернилами, очень неразборчиво, было написано: «Н. Л. пришлите, пожалуйста, подтянутой губернии, страсть хочется почитать».
Особенной популярностью пользовалась четвертая часть поэмы — «Пир на весь мир», длительное время находившаяся под цензурным запретом и нелегально распространявшаяся в списках. Широкое использование в поэме песен с социально выразительным содержанием и доходчивой народной формой: делало эту часть поэмы весьма удобной для распространения в крестьянской и рабочей среде.
Искренний и последовательный защитник трудового народа, Некрасов пользовался исключительной любовью рабочих и крестьян. Интереснейший материал, свидетельствующий об этом,. содержится в отзывах крестьян о поэзии Некрасова, собранных. в 1913 г. «Правдой» путем специального анкетного опроса. Так,, например, один крестьянин, владевший сборником стихотворений Некрасова, писал: «Не было такого случая, чтобы крестьяне, которых я знакомил с поэзией Некрасова, не просили еще почитать... Как воздух необходим для дыхания, как солнце необходимо для согревания,— так и Некрасов необходим для широких масс!».
Созвучна творчеству Некрасова поэзия Маяковского. Обоих поэтов сближает политический пафос их творчества, высокая идейность, ориентация на народные массы, агитационный стиль, могучий талант новаторов.
Несомненная связь с идейно-художественными принципами некрасовской поэмы обнаруживается в поэзии Демьяна Бедного, прежде всего в таких его произведениях, как «Про землю, про волю, про рабочую долю», «Колхоз «Красный Кут», основной идейный смысл которых заключается в утверждении новой, свободной, зажиточной жизни крестьянства, добытой в революционной борьбе пролетариатом в союзе с крестьянством.
Из полон нашей советской эпохи особенно близок по своим творческим принципам к Некрасову А. Твардовский. Творчески развив традиции некрасовской поэзии, он создавал на новом материале, в иных социальных условиях свой оригинальный стиль. Его поэма «Страна Муравия» по сюжетному построению, ритмике, сказовой манере сходна с поэмой «Кому на Руси жить хорошо». Герой поэмы Твардовского крестьянин-единоличник отправляется на поиски сказочной «страны Муравии» и находит богатую, счастливую жизнь в реальной обстановке нашего времени — в колхозе. В обоих произведениях вопрос о судьбах крестьян, ищущих счастье, рассматривается в тесной связи с историческими судьбами страны.
Некрасовские традиции оказали плодотворное влияние на творческую практику Недогонова, Грибачева, Исаковского, Лебедева-Кумача и многих поэтов братских литератур.
Говоря о продолжении и развитии некрасовских традиций нашими советскими писателями, следует отметить то принципиально новое, чем отличается их поэзия. В их творчестве преобладает бодрое, жизнерадостное начало, утверждающее ту счастливую жизнь, о которой мог только мечтать поэт крестьянской демократии Некрасов, сделагший народную жизнь и народные интересы определяющим моментом в оценке всех явлений современной ему жизни.
Кто служа великим целям века
Жизнь свою всецело отдает
На борьбу за брата-человека,
Только тот себя переживет.
Эти пророческие слова
Некрасова справедливо можно отнести к его собственной литературной судьбе.
В нашу социалистическую эпоху, эпоху мощного и бурного расцвета Советского государства, твердо и уверенно идущего по пути коммунизма, произведения великого поэта-гражданина стали любимейшим чтением его свободных потомков.
Все свои сокровенные думы и чаяния поэт связывал с делом служения народу. Он восхищался богатыми возможностями, которые заложены в крестьянине-богатыре, в «типе величавой славянки», воспел могучие силы русского народа, способные сокрушить старый мир и создать «обильную» и «могучую» Русь.
Коментарі